Лиз Херли: женщина всегда права

Лиз Херли: женщина всегда права

Ее называли самой красивой – и самой несчастной. Критиковали за роли в кино, сомневались в таланте продюсера – и восхищались карьерой модели.

Лиз Херли: женщина всегда праваЕе называли самой красивой – и самой несчастной. Критиковали за роли в кино, сомневались в таланте продюсера – и восхищались карьерой модели. «Лиз все держит под контролем. Все, кроме своей жизни», - сказал о ней Хью Грант, которого она бросила.

Искупление грехов

Было так больно, что Лиз потеряла самоконтроль и закричала. Говорят, рожаешь, как живешь. Неужели она так много грешила? Лиз попыталась найти положение, в котором ее напряженный живот мог хоть временно почувствовать облегчение, но не нашла.
-- Черт побери, где обезболивающее?!! Сделайте же мне чертово кесарево!
Ну вот, она ругается, как портовый грузчик. Сразу вспомнились все нецензурные словечки, которые она то и дело употребляла во времена, когда была панком.

С ней ли это было? Школа позади, да здравствует свобода. Она слушала безумную музыку, ходила в какой-то рванине, с выбритыми висками и всклокоченным коком из волос розового цвета. В ноздрях и ушах – добрый десяток дырок. Ее мама чуть не падала в обморок, видя этот пирсинг. Она-то надеялась, что ее дочка станет балериной. Но Лиз ненавидела классический танец и балетный станок.

И не верила в свою красоту. На ее щеках было много угрей… Чего она только с ними не делала! В основном, конечно, беспощадно давила, вместо того, чтобы пойти к косметологу. Шрамы от юношеского акне остались навсегда.

Все это заставляло ее злоупотреблять макияжем: толстый слой тонального крема, густо подведенные глаза… А густо намазанные помадой губы всегда улыбались.
Впрочем, улыбаться всем и всегда она начала позже, когда стала знаменитой моделью «Эсте Лаудер»...

Лиз Херли: женщина всегда права«Модель!» -- усмехнулась Лиз сквозь гримасу страдания. Сейчас она мало на нее походила: около двадцати килограммов лишнего веса, отечные ноги и аппетит такой, словно внутри растет слоненок. Очень страшно такой и остаться, ведь у Лиз раньше никогда не было проблем с лишним весом, фигура была – обзавидуешься: «мальчик с большой грудью».

Поэтому, став гламурной девушкой, Элизабет так полюбила платья в виде небольшой тряпочки с разрезами: чем больше тела видно, тем лучше. «Если бы у меня была фигура, как у Мэрилин Монро, я бы повесилась», - вспомнила она свои хвастливые слова.

И что теперь, вешаться? Что ж, многие обрадовались бы…
«Проклятая сука, -- вспомнилось сразу. – Ты разрушила мою жизнь». Хорошо, что пришел врач и сделал укол.

…Темное облако накрыло ее сверху. В нем Лиз увидела лица друзей и знакомых. Но где же Стив? Разве он не знает, что сегодня родится их ребенок, их сын? Ей очень хотелось пожаловаться ему на боль, которую испытала, побыть немного маленькой девочкой. Только бы кончилось это одиночество! Но Стива нет. Постепенно туман начал рассеиваться, боль возвращалась, и Лиз понимала, что Стив не придет. Он ее не любит. Никогда не любил. Какие гадкие люди. Какая гадкая жизнь.

Ее стон затих и сменился звонким плачем. Так 4 апреля 2002 года на свет появился малыш по имени Дэмиан Чарльз. Его матерью стала знаменитая актриса и модель Элизабет Херли. А вот имя отца еще предстояло установить…

Ведь у Лиз раньше никогда не было проблем с лишним весом, фигура была – обзавидуешься: «мальчик с большой грудью».

Друзья и враги

Здание Высшего лондонского суда окружала плотная толпа журналистов и зевак. Лиз припарковала свою черную Volvo на VIP-стоянке и опустила голову на руль. «Сейчас же возьми себя в руки», -- приказала она себе. Не хватало еще, чтобы он увидел ее в таком состоянии…

Одернув новый костюм от Версаче на располневшей фигуре (срочно, срочно худеть!), Лиз вышла из машины. Она постаралась привести себя в порядок – насколько это возможно для недавно родившей женщины. Безупречная прическа, высоко поднятая голова. Благодаря молоку ее грудь была как никогда большой и соблазнительной.

Лиз Херли: женщина всегда праваВолнение и страх выдавал только чересчур густо положенный макияж.
И вдруг ее окликнули. Хью Грант и Элтон Джон пришли поддержать ее.
Она оперлась на локоть Гранта и почувствовала себя лучше.
- Ты знаешь, я стала уже подумывать, что зря затеяла все это.
Хью покачал головой:
- Ты себе бы не простила, если бы смолчала. Уж я-то тебя знаю… Последнее слово всегда должно остаться за тобой.
- Но ведь я права, - пожала плечами Элизабет.
- Осталось только доказать это суду…

До начала слушаний оставалось несколько минут. Лиз, разговаривая со своим адвокатом, окинула взглядом стол противников, мгновенно выхватив из сонма мужских силуэтов фигуру Стива Бинга. Сердце застонало. Стив, перехватив ее взгляд, нахмурился и отвернулся.
Секретарь попросил всех встать, вошел судья и заседание началось.

Лиз потом могла вспомнить его лишь отрывками. Вот зачитывается ее исковое заявление с требованием, чтобы мультимиллионер и наследник дедушкиных миллиардов Стив Бинг признал себя отцом ее ребенка. За спиной, в зале, громко подсчитывают алименты, на которые Лиз может рассчитывать в случае победы.

Вот встает адвокат Стива и невозмутимым голосом зачитывает такое, от чего у Лиз мгновенно загораются уши:
- Решение стать матерью-одиночкой было принято самой Элизабет. Мой подзащитный никогда не отказывал ей в поддержке, как старается представить истица, просто потому, что на момент ее беременности они давно расстались. Кроме того, их отношения не носили характер «эксклюзивных», и ответчик, и истица встречались одновременно и с другими партнерами…

Стив встает и произносит глубоким голосом, который она так любила, повторяет свою версию:

- Не уверен, что именно я отец этого ребенка. Наши отношения с его матерью не были по-настоящему серьезными, мы не обещали друг другу хранить верность. Она забеременела после нашего разрыва, я настаиваю на этом. Впрочем, я готов дать мальчику свое имя, только если мое отцовство подтвердится.

Его адвокат:
- Просим суд назначить генетическую экспертизу…

Как в старой киноленте проносятся перед ней побелевший Грант со сжатыми кулаками, кричащий рот Элтона, молоток судьи, каждым ударом отзывающийся у нее в висках. Грудь набухла и болит, Лиз чувствует, что еще немного, и костюм будет безнадежно испорчен темными потеками молока.
-- Мне надо кормить ребенка, -- бормочет она и спешно покидает зал суда.

Лиз Херли: женщина всегда праваМаленькое черное платье

Во время кормления Чарльз иногда засыпает. Его теплый кулачок сонно бродит по ее лицу, глаза сероватого, пока еще неопределенного цвета пристально смотрят на мать из-под длинных ресниц. Лиз целует этот кулачок и плачет от бессильного чувства вины. Она так давно хотела ребенка! Ведь ей уже 37. Надо было решиться раньше. Но за 13 лет совместной жизни с Хью Грантом они не удосужились даже домом нормальным обзавестись. В Америке довольствовались съемным, а в Лондоне закидывали вещи в крохотную квартирку, где царил вечный бардак. Всегда находилось что-то, важнее ребенка и семьи…

Как они познакомились? У Хью, уже довольно известного в Англии комика, было на выбор два проекта – серьезный фильм в Голливуде, с хорошим режиссером, и – нечто несуразное в Испании. Но, увидев актрису, которую прочили ему в партнерши испанцы, он, не раздумывая, согласился на съемки. Лиз Херли была прелесть – юная, порывистая, платья на ее изящной фигуре сидели, как влитые. Лиз, зная это, злоупотребляла разрезами и декольте…

Роман закрутился сразу же, она стала воплощением юношеских мечтаний Гранта. В детстве он здорово стыдился своей конфетной внешности и мечтал быть брутальным и мужественным. Однако оставался слегка трусливым и неуверенным в себе. Лиз повела его к успеху железной рукой. «Браться ли за эту роль? - ныл Грант, получив очередной сценарий. – А вдруг я не справлюсь?» - «Конечно, браться, - говорила она. – Ты не просто сможешь, ты обязан!»

Вскоре они оказались в Голливуде, а Хью стал звездой, востребованной по обе стороны Атлантики. И Лиз тоже неожиданно прославилась. Виной всему было черное платье от Версаче – с точки зрения Гранта, совершенно неприличное. Небольшие кусочки материи были скреплены большими английскими булавками. Казалось, одно неосторожное движение, - и наряд окажется у ног девушки, оставив ее голой. Хью пытался запретить подруге надевать его, но Лиз заупрямилась, и они даже поссорились. Так и появились на премьере фильма «Четыре свадьбы и одни похороны» -- надутые и рассерженные.

И Лиз тоже неожиданно прославилась. Виной всему было черное платье от Версаче – с точки зрения Гранта, совершенно неприличное.

Все взгляды оказались прикованными к ним. Глянцевые журналы сочли долгом напечатать фото роскошной подруги Хью Гранта в сумасшедшем платье. А вскоре Лиз предложили несколько ролей в кино и рекламных контрактов. Она стала высокооплачиваемой фотомоделью, невзирая на шрамы на щеках!

В отличие от Хью, Элизабет не растерялась от обрушившейся на них славы и денег. Зарегистрировала собственную кинокомпанию, чтобы они могли заниматься продюсированием, и порой засыпала в обнимку с модемом и факсом, а утром, еще не открыв глаза, уже ругалась с кем-то по телефону. Она обеспечивала тылы, пока Хью предавался то рефлексии, то лени. Благодаря ей, он мог выбирать сценарии, не соглашаясь на что попало. Параллельно Лиз занималась бизнесом, запускала собственные линии купальников, которые сама же и рекламировала, благо фигура позволяла – ее стройность стала притчей во языцех, Лиз не уставала пропагандировать правильное питание и йогу.

Лиз Херли: женщина всегда праваЕе занятость привела к тому, что Грант почувствовал себя одиноким, словно мальчик, потерявший маму. И выход нашел такой же инфантильный: пошел к проституткам. Но и тут ему не повезло: папарацци застукали его прямо в машине во время оральных утех. Та чернокожая девчонка тут же прославилась и получила контракт на рекламу колготок. А ему пришлось оправдываться перед поклонниками. Хорошо еще, что Элизабет защитила, сказав всем, что прощает его и не даст никому в обиду…

Ушла от него она много позже. Когда предложила родить ребеночка, а Хью в ответ принес ей… кролика. «Теперь тебе есть, о ком заботиться»…

Кто бы мог подумать, что именно Хью протянет ей руку помощи в самое тяжелое для нее время?

Отель разбитых сердец

Когда она познакомилась с блестящим светским львом, продюсером Стивом Бингом, Лиз хотела только одного: забыться, развлечься, почувствовать себя женщиной, а не рабочей лошадью. О, Стив умеет пустить пыль в глаза! Благо его финансовые возможности не ограничены.

Лиз вспомнила его покорно наклоненную голову и просящий взгляд. А она, опьяненная своей властью над этим мужественным (совсем не похож на Гранта!) человеком, не заметила, как много ревнивых взглядов провожают их пару…

Она тогда так похорошела, что все вокруг стали говорить, что она сделала пластическую операцию. Правда, не могли понять, какую – то ли грудь увеличила, то ли лицо подтянула, то ли блефаропластика, то ли силикон в губы.

А Лиз просто была влюблена. И глаза сияли, и щеки розовели, и ни единой морщинки – потому что никаких забот рядом со Стивом быть не могло. Все его желания исполнялись сразу же, а он тогда хотел только Лиз и того, что хотела она.

Полтора года. Полтора года она была так глупа, что считала их отношения «эксклюзивными». И даже решила, что Стив и есть тот мужчина, которому можно рожать детей.

…Он лежал на кровати (на их кровати, там, где любил ее!) в обнимку с Брендой Свесон – толстой блондинкой. Как оказалось, их отношения длились вот уже пятнадцать лет. Бренда играла в кино эпизодические роли (которые значились в титрах, например, так: «проститутка номер три»), и в этот день ей исполнилось 39 лет. В постели они и праздновали…

Лиз Херли: женщина всегда праваОшарашенная Лиз, которую занесло в этот вечер к Стиву без предупреждения, сидела в гостиной, а Бинг стоял перед нею, кутаясь в халат, наброшенный на голое тело, и тоном капризного инфанта спрашивал, в чем дело.
- Я жду ребенка, - просто сказала она.
- Ну, так избавься от него, - посоветовал он, обрезая золотой гильотинкой кончик толстой сигары. - Я никогда не говорил тебе, что хочу детей. Что смотришь? Это было всего лишь развлечение! Ты же не могла считать, что мы вместе навсегда! Ты так считала? Ну, извини.
- Я рожу этого ребенка, - тихо сказала Лиз. – Он мне нужен.
- Как угодно, - пожал плечами Бинг. – Но запомни, если ты затеяла шантаж, то не получишь ни цента!
Горе и гордость ударили в голову, и Лиз уже не владела собой.
- А это мы еще посмотрим, - сказала она, поднимаясь. – Возвращайся к своей толстухе.
- Убирайся! – завизжал Стив, уронив тлеющую сигару на дорогой ковер. – Вон, вон!

По законам штата Калифорния, если бы Лиз удалось доказать отцовство, Бинг мог лишиться четверти состояния, которое, по слухам, составляло несколько миллиардов.

Пресс-конференция поправившейся беременной Херли произвела эффект разорвавшейся бомбы. Она была спокойна, называя имя отца ребенка. Бинга забрасывали вопросами, о нем болтали на каждом углу сначала с любопытством. Потом с ненавистью. Он заслужил прозвище Бинг-Ладена за обращение с беременной Херли. Обеспокоенный отец Бинга велел ему, в конце концов, разобраться с ситуацией.
-- Проклятая сука, – сказал ей Стив при встрече. – Ты разрушила мою жизнь.

И Лиз сломалась. Она спряталась в доме у старого друга Элтона Джона, чтобы там дождаться родов и окончательно все обдумать.

По законам штата Калифорния, если бы Лиз удалось доказать отцовство, Бинг мог лишиться четверти состояния, которое, по слухам, составляло несколько миллиардов.

Последнее слово

- Ты просто притягиваешь неприятности, - Хью просматривал утренние газеты. Вот посмотри, это ничтожество взял в свидетели шлюшку Свенсон. «Эта Херли умышленно прекратила пить противозачаточные таблетки, чтобы забеременеть от Стива. Тринадцать лет она прожила с Грантом – и ничего, но, как только к делу подключился настоящий богач, тут же все и произошло. Она просто хочет вытянуть с него деньги, вот и все»… Не перестарайся, Лиз, иначе у тебя пропадет молоко!

Она качала пресс, лежа на полу, и почти не слушала Хью.
- Это что, вчера он заявил, что за полтора года спал со мной всего четыре раза, - сказала она, поднимаясь и вытирая лоб полотенцем. – Кажется, я начинаю привыкать, что моя спальня – проходной двор для всего мира.
- А… это правда? – нерешительно спросил Хью. – Ну, насчет таблеток…
- Это случилось давно, еще с тобой… Я просто забыла об этом. И всегда хотела ребенка, ты же знаешь. Я не представляла, что мужчина может повести себя так.

Лиз Херли: женщина всегда праваВ комнате закряхтел малыш, Лиз прислушалась, и лицо ее посветлело.
- Но рождение Чарльза все искупает.
- Прости меня, Лиз, - вдруг сказал Хью. – Я, наверное, только сейчас понял, как виноват перед тобой. Прости. А это ничтожество еще заплатит за свою низость, - разъярился он внезапно и стукнул белым кулачком по столу.

На последнее судебное заседание Лиз надела платье сумасшедшего розового цвета, который так шел ей.

Судья постучал молотком, требуя тишины, но это было излишним: все и так затаили дыхание, и журналисты нацелились в него своими камерами и диктофонами. Он начал оглашать приговор, и чем дольше он говорил, тем шире улыбался Хью Грант, и больше бледнел Бинг. Лиз оставалась невозмутимой - красивая, статная, уверенная в себе молодая мать. После того, как были обнародованы результаты генной экспертизы, доказывающей, что именно Стив является отцом ее ребенка, победа стала очевидной. И только она знала, что это еще не все…

Адвокат ответчика, взяв слово, сообщил, что его подзащитный рад слышать, что ситуация разрешилась и мальчик оказался его сыном. Конечно, он будет помогать ребенку и его матери. Сумма, установленная судом – 158 тысяч долларов ежегодно до достижения сыном совершеннолетия – кажется ему разумной.

После того, как были обнародованы результаты генной экспертизы, доказывающей, что именно Стив является отцом ее ребенка, победа стала очевидной.

Лиз встала и обвела зал блестящими глазами:
- Я всегда ясно давала понять мистеру Бингу, отцу моего сына Дэмиана, что не хочу какой-либо финансовой помощи от него. Я знаю, что 100 тысяч фунтов – это большая сумма для него, и я высоко ценю его щедрость по отношению к сыну. Тем не менее, моя позиция остается той же самой. Деньги нежелательны и не приветствуются. Мы сами позаботимся о себе. Разумеется, никто не может остановить кого-то, пытающегося дать деньги. Но к счастью, можно отказаться их принять. И я это делаю.

- Ты была прекрасна, - сказал Хью. – Я ужасно горжусь тобой. Видела бы ты лицо этого ничтожества… Лиз…
- М-м?
- Может, нам попробовать все вернуть? Я так люблю тебя и Дэмиена… Я бы мог усыновить его.
- Не-ет, - улыбнулась Лиз. – Теперь-то в моей жизни долго не будет никаких мужчин, кроме сына. Но ты вполне можешь стать его крестным отцом, договорились?

Лиз не сдержала слова. В ее жизни появился новый мужчина – индийский бизнесмен Арун Найар. В 2007 году она вышла за него замуж и очень счастлива

В июне Элизабет Херли исполнилось 44 года. Выглядит она моложе. Хотя она по-прежнему выступает ярой противницей пластических операций. «На самом деле, я их просто боюсь. Ведь мое лицо отражает все, что я пережила. И то, что я не хочу забывать».

Читайте также

Комментарии 8

Добавьте комментарий

Комментарий

Файл не добавлен

Ваше Имя*

Ваш E-Mail*


0

Ваш комментарий*

Файл не добавлен


0

Ваш комментарий*

Файл не добавлен


0

Ваш комментарий*

Файл не добавлен


0

Ваш комментарий*

Файл не добавлен


0

Ваш комментарий*

Файл не добавлен


0

Ваш комментарий*

Файл не добавлен


0

Ваш комментарий*

Файл не добавлен


0

Ваш комментарий*

Файл не добавлен

Добавьте комментарий

Комментарий

Файл не добавлен

Ваше Имя*

Ваш E-Mail*