Колин Фаррел

Колин Фаррел

Ему нравилось шокировать своей внутренней свободой

— Этот человек преследует меня! — девушка шмыгнула носом и поднесла к глазам платок. — Обрывает мой телефон, говорит непристойности и обещает заняться со мной любовью в извращенной форме. Прошу запретить ему приближаться ко мне!
Ни один человек, сидящий в зале суда, не сомневался, что все, сказанное ею о кинозвезде Колине Фарреле, — правда.

Жертва
2005

Колин плюхнулся на тяжелый деревянный стул ирландского бара на Манхэттене.

— Две пинты пива, старик!

Сидящие по соседству два свежевыбритых янки покосились на него неодобрительно. Пить пиво до двенадцати дня! Какой кошмар. Потенциальный член общества анонимных алкоголиков. Сами они — приверженцы здорового образа жизни, на лбу написано. В США он постоянно видел таких чистоплюев, которые в два часа ночи в стрип-баре глушат минеральную воду.

Видимо, чтобы окончательно привести парней в ужас, Фаррел закурил сигарету, бесцеремонно пуская дым прямо в их сторону. Пошептавшись, янки быстро поднялись и ушли.

А Фарел остался пить свое пиво. Ирландец — что с него взять? Американцы давно перестали удивляться свободной натуре актера и только считали литры, выпиваемые в день, и пачки сигарет, выкуренные за неделю. Как он при этом умудрялся сохранять отличную физическую форму, железную мускулатуру и гладкое лицо без мешков под глазами — загадка. Наверное, все дело в молодости, которая до поры до времени покрывает все огрехи в поведении.

Колину было нечего терять: слава, обрушившаяся на молодого актера, миллионные гонорары, — он об этом не мечтал, не ждал...

В Голливуде он произвел фурор — наглый, небритый, вечно похмельный ирландец с хитрым прищуром карих глаз, опушенных густыми черными ресницами, и неизменным матерком в ответ на любой вопрос. Ему нравилось шокировать американцев внутренней свободой, которой у них не было. Колину было нечего терять: слава, обрушившаяся на молодого актера, миллионные гонорары, — он об этом не мечтал, не ждал, даже не окончил школу, потому что она мешала ему жить, как нравится. А нравилось ему веселиться. Кино и театр сего лишь позволяли это делать с максимальным размахом. И вдруг — журналисты, папарацци, интервью, рыдающие девушки, приглашение за океан, Брюс Уиллис, который говорит, что этот парень скоро заставит подвинуться старые задницы признанных кинозвезд…

Фаррел развлекался, как мог: каждое интервью начинал со слова fuck, выпивал прямо на пресс-конференциях и давал шокирующие ответы на любые вопросы.

Женщины сами падали в его объятия, несмотря на имидж трудного подростка, должно быть, мечтали перевоспитать.

Но он забывал их имена, едва вставал с постели. И даже не думал, что женщина способна так подставить.

Бывшая работница фирмы секс-услуг по телефону Дессерэ Брэдфорд обвинила Колина Фарела в сексуальных домогательствах во внерабочее время! Нет, такое могло произойти только с ним. Он несколько раз пользовался этими услугами в качестве прикола и развлечения, но чтобы «звонить круглые сутки, угрожая и требуя встречи», «преследовать по улице», так что женщина «боялась выходить из дома» — какая чушь! Но почему-то даже близкие знакомые, сочувствуя ему, советовали нанять хорошего адвоката и рассказать ему «всю правду». Неужели он такой плохой, что все это выглядит так правдоподобно? Когда выступало обвинение, были вылиты ушаты грязи. Адвокат этой Дессэрэ обрисовал моральный облик кинозвезды в самых черных красках. Теперь пришло время защиты: через пару недель Колин должен привести в суд своих сторонников — тех, кто может раскрыть хорошую его сторону и доказать, что он не мог пугать и преследовать несчастную женщину. Лучше, если это тоже будут женщины. Но найдется ли среди бывших и нынешних подружек те, что пойдут на это?

Очертя голову
2001 год

Случайные связи были его стихией, хотя обычно они оставляли глубокое разочарование, от которого тут же хотелось закурить сигарету и выпить виски, чтобы все забыть. Но так бывало и в том, случае, если приходила любовь. Колин, вообще, считал, что ничего хуже любви с человеком приключиться не может, потому что любовь имеет свойство исчезать так же внезапно, как и появилась, и уж тут наступают такие муки, что врагу не позавидуешь…

Вот кто ему поможет — ну, конечно! Любовь, вернее, Амелия… Фаррел побежал к телефону-автомату, чтобы позвонить ей, на ходу вспоминая самые счастливые дни своей жизни.

Амелии Уорнер было 19 лет, когда они познакомились. Колин увидел ее на премьере фильма «Перо маркиза де Сада», в котором юная, пышущая свежестью и здоровьем Уорнер играла молодую жену старого распутника. На ее гладком лице причудливо смешивались детская непосредственность со зрелой чувственностью. Колин взглянул на нее, — и пропал. Страсть была мгновенно и обоюдной. Они провели в отеле три дня, не вставая с постели, а поднялись только для того, чтобы ехать в аэропорт. Колин понял, что если срочно не жениться на восхитительной Амелии, просто умрет. Его агент Лиза Кук, добившаяся для него роли в фильме «Война Харта», обрывала телефон, но абонент был недоступен. Он летел на Таити и в полете времени не терял. Попросив у стюардессы плед, накрыл им себя и Амелию, и они целовались, как безумные, а на следующий день поженились.

В венке из крупных белых цветов, счастливая и смеющаяся, стройная невеста была прекрасна, как ангел. Кольца они в суматохе забыли, и Колин в ближайшем тату-салоне вытатуировал себе обручальное кольцо прямо на безымянном пальце — это была вязь букв «Милли» (Амелия). Несколько дней они, как Адам и Ева, почти не одевались, делая перерыв в любви только на то, чтобы искупаться и поспать.

Несколько дней они, как Адам и Ева, почти не одевались, делая перерыв в любви только на то, чтобы искупаться и поспать.

Но потом однажды он проснулся и понял, что ему скучно. Не хотелось целовать молодую жену, ее прекрасное тело стало знакомым и слишком доступным. Он сел на кровати, с тоской представил весь грядущий день… И быстро включил свой мобильник. Лиза Кук, надрываясь от крика, звала его в путь, и Колин страшно обрадовался ее голосу. Он разбудил Амелию и сообщил, что они возвращаются. Всю дорогу домой он напряженно смотрел в окно и невпопад отвечал на вопросы. До отъезда на съемки он успел только познакомить жену с мамой — добрейшей женщиной во всей Ирландии. Та сразу смекнула, что сын тяготится глупышкой, и долго пыталась вправить ему мозги на тему «мы в ответе за тех, кого приручили», особо не надеясь на успех. Влиять на Фаррела было невозможно еще с тех пор, когда он сопливым пацаном прогуливал уроки, бегая болеть за отца-футболиста на местный стадион. Так что к тому моменту, когда съемки «Войны Харта» подошли к концу, стало ясно, что брак Колина на грани распада. Амелия плакала в трубку, а Колин, как назло, оказывался либо пьяным, либо вообще в другом месте — в стрип-клубе, например, где у него появились две знакомые, хорошенькие блондиночки, с которыми он любил закрыться в приват-кабинете… А потом его жена узнала, что она ему вовсе и не жена, потому что бракосочетание, заключенное на Таити, не имеет юридической силы.

В общем, когда речь зашла о разводе, особых проблем не возникло.

В глубине души Фаррел считал, что когда-нибудь Амелия скажет ему спасибо, ведь такой, как он — не лучшая кандидатура в мужья, но не был уверен, что это время наступило сейчас. Поэтому, добежав было до телефона-автомата, он круто развернулся и двинул в другую сторону. Зашел в первый попавшийся паб и заказал ирландский виски. Амелия вычеркнула его из памяти и не стоит напоминать ей о себе.

… Но кто же может сказать о нем добрые слова? Есть у него настоящие друзья среди женщин? Разве что Анджелина… Он прикрыл глаза и отдался во власть сладкой горечи.

Печаль светла
2003

Анджелину Джоли Колин увидел на съемках «Александра». К моменту ее появления в группе почти не осталось женщин, с которыми его не связывал бы хотя бы легкий флирт. Даже миниатюрная тайка с гибким телом, служившая у них переводчицей, сохла по главному герою, с которым у нее была всего одна, но такая жаркая ночь. В его фаворитках ходила смуглокожая Розарио Доусон, игравшая прекрасную Роксану. Она была уверена, что у них с Фарелом — самая настоящая любовь, пока однажды вечером в отеле, где расположилась вся съемочная группа, не появилась Джоли. Дюжий негр внес два чемодана, няня в белом фартуке прошествовала с кожаным несессером, а следом появилась Анджелина с приемным сыном Мэддоксом на руках. Колин сидел в холле с фляжкой коньяка и был свидетелем этого явления. Тонкая фигура Джоли, ее огромные глаза и соблазнительные губы произвели него огромное впечатление. Такое, что он на следующий же день отпустил одну из своих диких ирландских шуточек.

— Помоги мне, — попросил он ее, сделав вид, что запутался в широких царских одеждах. И когда Джоли, которая играла его мать, царицу Олимпиаду, просунула руку в складки, вложил ей в ладонь свое обнаженное мужское достоинство … Он ждал какой угодно реакции, только не такой: Энджи и бровью не повела.

В течение двух следующих недель он «козырял» перед Энжи, как только мог, доказывая, что круче парня она здесь не найдет.

— Ничего себе оружие, — одобрительно сказала она, глядя в глаза Колину.

Разжала ладонь, повернулась на высоких каблуках и ушла. Фаррел перевел дух, чувствуя злость и восхищение. Вот это женщина! В течение двух следующих недель он «козырял» перед Энжи, как только мог, доказывая, что круче парня она здесь не найдет. Не давал прохода, не понимая, почему крепость не сдается. Обезумевший от ее равнодушия, однажды разделся догола, продемонстрировав отлично развитую мускулатуру и татуированное тело всем посетителям отеля, и пошел прямиком в ее номер. Коротким хуком справа она выбросила его за дверь. Пьяный Колин не удержался и покатился по лестнице, пересчитав ребрами все ступени…

Съемки пришлось отложить на неделю. Врач наложил швы на разбитую голову, вправил вывихнутую стопу и приписал компресс для синяка под глазом. Компресс прикладывала «виновница торжества». Джоли, казалось, совершенно не сердилась на Колина, она ухаживала за ним и вела себя, как со старым другом.

— Года три назад — нет проблем, — сказала она. — Мы бы с тобой зажгли так, что чертям в аду тошно стало! Но теперь я другая. Главный мужчина в моей жизни — Мэддокс. А он не должен видеть то одного, то другого «папу».

И ушла. Колин даже не успел сказать, что хотел бы остаться с ней и Мэддоксом навсегда.

… Да, Анджелину он уважал. Эта женщина вызывала восхищение своей силой и неукротимостью — и демонической красотой. Это была достойная соперница — и подруга. Джоли наверняка мола бы сказать о нем что-то хорошее, но она сейчас где-то на другом конце света — то ли в Камбодже, то ли в Африке, со своей миссией добра, призывает людей жить в мире и ищет еще одного младенца, чтобы усыновить его и сделать счастливым. И некому Колину помочь…

Внезапно у него зазвонил мобильный телефон. Он посмотрел на номер, высветившийся на экране, и лицо его стало взволнованным и виноватым. Как же он мог забыть про Ким?

— Привет! — сказала она. — У тебя проблемы, дорогой? Ты не мог бы сейчас приехать?

… и вечная любовь
2002 г

Вот всегда она так — не давит, не настаивает, только спрашивает: «Не мог бы?». Хотя у кого, у кого, а у Ким Борденев есть все права на то, чтобы предъявлять требования. Она красивая девушка, эта Ким, Колин когда-то дар речи потерял, увидев ноги от ушей и большие грустные глаза. Он тогда только приехал в Голливуд, молодой ирландский плейбой, жадный до жизни. Ким не была единственной девушкой, с которой он в то время крутил любовь, но долго была главной.

Она на шесть лет старше его — модель на излете карьеры. Никогда не спрашивала, куда он уходит и когда приедет снова.

Ровное настроение, мягкая улыбка, нежность — в общем, полная противоположность и ему, и старлеткам, которых он так любил. Единственный раз она позвонила ему сама — перед его отъездом на съемки «Александра» в Марокко.

— Я беременна, — без всякого предисловия сказала Ким. — Что ты об этом думаешь?

Фарел хотел сказать, что, если бы он думал о возможных беременностях всех своих подружек, то у него была бы голова, как у Эйнштейна, но вдруг его захлестнула радость. У него будет ребенок!

Она красивая девушка, эта Ким, Колин когда-то дар речи потерял, увидев ноги от ушей и большие грустные глаза.

— Это круто, старуха! — завопил он. — Я «за» целиком и полностью. До отъезда постараюсь купить тебе дом, хватит мотаться по съемным квартирам. Мой ребенок должен расти в человеческих условиях! Но жениться… Сама понимаешь.

— Я так и думала, — без упрека вздохнула Ким. — Решила оставить малыша в любом случае… Буду рада, если у него будут твои красивые глаза, лукавый ирландец.

Когда он вернулся — с разбитым сердцем, безнадежно влюбленный в недоступную Анджелину Джоли — дома его ждало маленькое чудо. Чудо лежало в кроватке и пускало пузыри. Колин обожал своего маленького сынишку и ценил доброе отношение Ким. Хотя чувство вины его не покидало. Поэтому спасения и помощи с этой стороны он меньше всего ожидал. Но Ким опять его удивила.

— У меня есть подруга, — с порога начала она. — Это Ролонда Уотс, она телеведущая. Мы с ней договорились, что она вызовет эту Дессерэ Брэдфорд на свое ток-шоу и проверит на детекторе лжи. Если она лжет, это увидят в прямом эфире миллионы человек. Но Роланда просит заручиться твоим согласием. То есть, если она говорит правду, это тоже увидят миллионы…

— А ты как думаешь? — исподлобья взглянула на нее Колин.

— Я сказала ей, чтобы она начинала работать, — улыбнулась Ким. — Ты — выпивоха и бабник, Колин. Но ты добрый парень, и сердце у тебя нежное. Боль, которую ты причиняешь, никогда не является злым умыслом. Правда, от этого не легче…

На ток-шоу Ролонды Уотс разразился грандиозный скандал. Детектор лжи показал, что испытуемая Дессерэ Брэдфорд откровенно лжет, рассказывая о том, как ее преследует маньяк Колин Фаррел. Разъяренная искательница дешевой славы разразилась оскорблениями в адрес ведущей и покинула студию. Позже суд оправдал актера.

Лучшие клиники косметологии

Читайте также

Комментарии 0

Добавьте комментарий

Комментарий

Файл не добавлен

Ваше Имя*

Ваш E-Mail*